Питчинг Морзе

Требуется помощь зала. Обращаюсь к тем, кто читал мою книгу «Календарь Морзе» и запомнил, про что там. (Это не одно и то же, я знаю)

Итак:

Уважаемый Павел! 

Оргкомитет премии «Новые горизонты» напоминает, что в рамках восьмого премиального сезона состоится кинопитчинг. 

Проведение питчинга отражает экспансию премии за пределы литературных пространств, обращение к новым формам взаимодействия фантастических идей и общества, авторов и аудитории. По итогам питчинга будет названо произведение, обладающее наибольшим потенциалом для экранизации.

Вот такое письмо пришло мне от организаторов премии. В общем, мой роман «Календарь Морзе», как вошедший в шортлист премии, имеет математически отличный от нуля (на уровне нескольких знаков после запятой) шанс на экранизацию. Но для этого надо выбрать презентационный эпизод, потому что, цитирую: «Жюри питчинга будет представлена режиссерская инсценировка одного из эпизодов произведения (по выбору автора) с участием профессиональных актеров».

Для автора это мука мученическая, что-то выбрать. Потому что, во-первых, в голове роман одним куском, во-вторых, автор свой текст видит СОВСЕМ НЕ ТАК, как читатель, в-третьих, данный конкретный автор вообще не смотрит кино (в это трудно поверить, но факт), а значит, просто понятия не имеет, что в нем принято показывать.

Поэтому просьба написать, кому не лень: – какой эпизод выбрали бы вы?

Учтите следующие факторы:

  • Это постановка, без бюджета, по принципу «на отъебись». Так что никаких батальных, костюмированных и многолюдных цен. И никаких спецэффектов.
  • Смотреть ее будут люди, которые роман не читали и читать не станут. Они вообще не про «читать», а про «считать».
  • Сцена должна быть короткой, но запоминающейся. Наверное. Я ничего в этом не понимаю, блин. :(

Все соображения типа «да все равно не снимут», и «даже если снимут, то говно» в данном случае значения не имеют. Это просто некий экспириенс, который интересно получить без привязки к результату.

Питчинг Морзе

Цыцтатник

«…Наш среднестатистический современник, живя в условиях, которые его прадеду показались бы сказочным раем, постоянно недоволен. Это, с одной стороны, природное свойство нашей врожденной говнистости — всегда хотеть больше и чего-то другого. С другой — сейчас это чувство усиленно стимулируется маркетинговым прессом. Довольный человек — плохой покупатель, недовольный же пытается компенсировать свое недовольство деньгами. Купив себе что-нибудь ненужное, он на какое-то время обретет уверенность в себе и относительно душевный комфорт. Он не просто хуй с горы, а Потребитель! Хотя бы в этом жизнь удалась. Но это срабатывает ненадолго, а потом снова начинается фрустрация от того, что в глаза лезут образы Более Успешных. Тех, у кого лучше тачка, дороже бляди, и отдых не в Турции, а на Багамах. По большей части, всё это картинки из рекламы, а чуваки с тачками получше просто больше должны банку, но все равно работает, потому что аппарат верификации реальности давно сломан, да, впрочем, никогда толком и не работал, если честно.

И недовольный собой человек впадает в характерную перверсию, перекладывая это недовольство на окружающий мир. Если вокруг Плохая Страна, Плохие Законы, Злые Люди, а также прочие тлен, хтонь, депрес и безнадега, то это не он, хороший Вася, жопорукий лентяй, а Враги Виноваты. А в нормальной-то стране он бы вон на той тачке из рекламы с длинноногими блядьми оттуда же рассекал. Вопросы: «а чего ж ты не валишь в нормальную страну, Вася?», «зачем тебе крутая спортивная тачка, если ты водишь как беременная коза?» и «что ты собрался делать с этими блядьми, если хуй свой пять лет из-за пуза не видел? Поверь, он не стал за эти годы больше…» — Васе лучше не задавать. Побить не побьет, куда ему, он даже в школе не дрался ни разу, но в социалочках забанит. Потому что неприятненько.

Не социалочки породили таких Вась, они были всегда. Но социалочки дали им трибуну и аудиторию из таких же. Несущих свою никчемность, как воткнутый в жопу флаг. И эта поддержка настолько укрепляет их в своей правоте, что лузерство парадоксальным образом становится социальным мейнстримом…»

—-

Павел Иевлев. «Кредо мизантропа». Нероман ниачом. Изд. 202* год

 

Цыцтатник

Цыцтатник

«…капитализм (принуждение к труду голодом) перешел к посткапитализму (недопринуждение к чему-то-вроде-труда обманом). Раньше человек тяжело работал, создавая материальные ценности для грядущих поколений, чтобы прокормить себя и детей. Теперь он имитирует труд, не создавая ничего, чтобы получить то, что ему нахер не нужно. Поскольку, если он перестанет покупать, то наебнется экономика, а если продолжит — то наебнется все остальное, то нужно как-то сделать так, чтобы он покупал все больше и больше, а ресурсов тратил все меньше и меньше. То есть, и рыбку съесть, и прочие удовольствия. Вот для этого и нужны три сестры — три экономики. Шаринговая, кредитная и бестоварная. На самом деле это одна инфернальная херня о трех головах, но в общественном дискурсе принято их разделять. Хотя три этих глотки переходят где-то там, за кадром, в одну общую жопу….»

——-

Павел Иевлев. «Кредо мизантропа». Нероман ниачом. Изд. 202* год
Цыцтатник

Цыцтатник

…В отличие от «копроэкономики», которую придумал не я, «копротренд» — мой собственный термин. Он означает тенденцию с скатыванию любого благого начинания в говно. Им объясняется, почему сиквелы хуже оригиналов, почему бренды превращаются в пародии на самих себя, почему «автор уже не торт» и множество других явлений деградации антропогенного, ежедневно наблюдаемых нами вокруг себя.

Явление это совершенно естественное — один из примеров принципа возрастания энтропии. Время стирает горы в песок и превращает сериалы к третьему сезону в говно. Это, в общем, нормально. Мы и сами не молодеем, кстати. Удерживать энтропию от роста может только приток энергии извне системы, а он, к сожалению, имеет экспоненциально убывающий характер. Первоначальный, на подрыве энтузиазма толчок — и пошел спад. Устают исполнители, заебываются организаторы, соскучиваются приученные к постоянному обновлению потребители… На первый робкий запашок гниения приходят гиены-маркетологи, и за ними уже остается выжженная, покрытая слоем говна пустыня. Этот бренд/марка/автор/проект сломались, несите следующий.

Это печально, да. Но это такая, «тактическая печаль» ближнего радиуса действия. Сдохшие проекты, сериалы, бренды и сорта пива освобождают нишу для чего-то нового, и на удобрении из говна, в которое они превратились, идет в рост очередной проект-сериал-бренд. Все как в природе, где на месте сгнившего дерева растет другое. Хотя, конечно, жаль, что никогда больше не будет тойоты-семидесятки, не доснимут «Светлячок», а ботинками «катерпиллер» больше нельзя пинать кирпичи. Но уже наши дети о них не знают, а значит и жалеть не будут.

В общем, с нами будет та же фигня. Мы будем стареть, дряхлеть, глупеть, впадем в маразм и помрем. В освободившихся от нас «хрущевках» наши внуки вырастят наших правнуков, для которых мы только фотка в старом альбоме.


Павел Иевлев. «Кредо мизантропа». Нероман ниачом. Изд. 202* год

Цыцтатник