Проекты

Детская литература

Жена читает Мелкому вслух книжку про червячка Игнатия. Я поневоле слушаю. Червячок Игнатий — положительный персонаж, приключения его незамысловаты, но миропознавательны и назидательны для юношества. Мелкому нравится.

— Что ж я не детский писатель? — сокрушаюсь я искренне, — Писал бы тоже про каких-нибудь жучков-червячков… Вот, например, глист Аполлинарий. Живет во тьме среди говна, но стремится к свету. Однако единственным светлым пятном в его жизни оказывается дырка чьей-то жопы…

— Мда, — после паузы говорит жена, — вот поэтому ты и не детский писатель…

2017-02-09-11-05

0

Женщина. Кошка

Когда работаешь в выходные, в голову от расстройства приходят странные мысли. Вот, например, почему в массовом бессознательном (массовое — всегда бессознательно) субъектность кошки выше субъектности женщины?

Поясню на примере. Когда ко мне пришла бездомная кошка, куча людей написала: «Ты должен ее взять. Просто обязан. Ей же нужно. Она тебя выбрала!» Любые мои робкие возражения отметались с порога: «Ну и что, что у тебя уже есть? Еще одну прокормишь, не надорвешься!».

А теперь представьте себе, что ко мне приходит незнакомая женщина и требует, чтобы я на ней женился. Напишут ли мне тогда: «Ты обязан! Она тебе выбрала! Ты ей нужен! Ну и что, что ты уже женат? Вторую прокормишь, не надорвешься!». Отчего-то мне кажется, что нет, не напишут. Наоборот, напишут: «Да она охренела совсем!».

А между тем, принять в семью кошку — даже более ответственный поступок, чем жену. Жену не надо оставлять на передержку, когда уезжаешь больше чем на сутки. Жена сама убирает за собой в туалете. Жена чаще всего сама способна себя покормить, причесать и постричь. Ее не надо вычесывать и подстригать когти. Она (как правило) не дерет мебель и обои. Если человек бросает жену, то ее права защищают все законы мира, а если человек бросает кошку, она скорее всего просто погибнет. Между тем, кошку я почему-то обязан, а женщину — совсем наоборот. Люди вообще не пользуются логикой в быту, вы заметили?

---

Тем временем, кошка вернулась. Одно время она было покинула нас, разочарованная нашей черствостью, и мы вздохнули с облегчением, но нет. Не прошло и недели, как вот она. Мы не пускаем ее в дом и не кормим, но пролечили, выстригли колтуны, вывели блох и ушного клеща. Не из гуманности, а чтобы наш кот от нее не набрался. Где-то она питается, где-то гуляет, но жить предпочитает рядом с нами. Мы ее игнорируем, она не навязывается, но как не посмотришь — она тут.

Проявляет свою субъектность.

1

Праздные наблюдения непромузыку

Был вчера — вы не поверите! — на концерте. Так-то я не ходок. Я, конечно, люблю музыку… ну ладно, некоторую ее часть. Небольшую. Очень небольшую. Но даже ее я предпочитаю слушать в записи. По той же причине, по которой общаться предпочитаю письменно. Люди. Еще и громкость не регулируется, неудачный трек нельзя промотать... Но в первую очередь — люди, да. Их много, они вокруг, они, наверное, все очень милые, но… Люди, в общем.

Но родительский долг превозмог. Не мог же я отпустить 14-ти летнюю Среднюю на загородный опенэйр, который заканчивается к полуночи? Если вы можете — то я вам завидую, у вас гораздо больше доверия к миру и человечеству. Я, вот, не могу. А Старшая, которая по плану должна была ее туда выгуливать, не смогла. А билеты — вот они. Этим вступительным заявлением я, кмк, полностью оправдался за свое присутствие в столь нехарактерном для меня месте, а теперь основная часть.

Будучи предельно далеким от всего, что может быть случайно принято за культуру, я, в основном, наблюдал за публикой. И знаете, что я вам внезапно скажу? Как-то незаметно прошла в ней мода на зеркалки. Ну, еще несколько лет назад на любом культурном опенэйре толпа клацала зеркалами как безумная, а теперь — почти и нету.

Я не про профи, конечно. Профи были на месте и профессионально изучали в свои профессиональные телескопы каждый прыщик на носу исполнителя.

…А вот зрители снимали, в основном, айфонами и, в основном, себя. Читать далее →

6

Опочтарение-2. Иногда они возвращаются

Вчерашняя история с почтой поимела-таки свое продолжение.

В 7 утра звонит телефон и радостный женский голос вещает: «Палсергеич? Это почта! Почта это! Нашли, нашли мы ваши посылки! Приходите!». Облегчение в голосе такое, что я понял — искали всю ночь…

Прихожу. Вручают один пакет.

— А что же, — говорю, — извещения-то два было?

— А второй пакет мелкий, почтальон его в почтовый ящик засунул.

Ну вот, зря я на наше почтовое отделение наговаривал, кончилось-то все хорошо. Осталось только выяснить, в чей именно ящик засунул вторую посылку почтальон, потому что в моем ее нет.

Опочтарение

Почтовое отделение, за мучительными, судорожными, насильственными попытками обновления которого я поневоле наблюдаю, наконец-то обзавелось работающим устройством электронной очереди. Правда, поскольку окно все равно одно, то от живой очереди она не отличается практически ничем, кроме громких объявлений номеров тех, кто и так уже всунулся в окошко. Зато из барьера вынули стекла.

Клиенты по привычке сбиваются в кучку у стойки, почтовые дамы с непривычки стараются держаться от нее подальше, протягивая отправления с безопасной дистанции. Однако удивительный факт — отсутствие непреодолимого барьера между теми и этими сильно повысило градус вежливости работниц почтового штемпеля. Потом-то, понятное дело, привыкнут…

В остальном традиции пока незыблемы — оба моих отправления искали двадцать минут, и… не нашли. «Оставьте телефон» — любезно предложили почтовые дамы, — «Мы вам перезвоним, если вдруг случайно найдутся…». Уверенности в их словах абсолютно не слышалось, но телефон я все же оставил. Ну, не задерживать же еще больше очередь.

Электронную.