Тревожно мне. Неспокойно как-то.

Я никогда не был в числе выживальщиков и прочих жопоголиков-горевестников, которые мрачно реют над просторами интернета с хриплым карканьем: «Жопа! Скоро грянет Жопа!». Скорее я всегда относился к этим пикирующим штурмовым дятлам с большой долей цинизма. Ибо те 20 лет, что они просидели по оврагам, закапывая сухпай и патроны, я провел с куда большим разнообразием и приятностью, и, что характерно, остался жив. Мне полностью чуждо злобное радостное предвкушение апокалипсиса, густо замешанное на зависти, глупости и ощущении собственной никчемности, каковым пропитано эмоциональное поле этих людей.

Я всегда с опаской отношусь к тем, кто призывает «выйти на улицы», «устроить народный бунт», «навалять им как в 17-м» - ибо подозреваю, что навалять эти люди могут только в штаны при звуке первого выстрела, а последствия опрометчиво призываемого ими народного бунта они представляют не в виде горы трупов на улицах, а в виде горы ништяков для себя лично.

Я со скептицизмом отношусь к тем, кто «дауншифтится» в деревни, предполагая отчего-то, что там-то можно прекрасно жить на лоне природы, «питаясь от земли» и отрешась от ужасов мерзкого государства. Эти люди, как правило, имеют совершенно превратное представление о тяжести крестьянского труда, экономике сельской жизни и психологии малых социумов. В их рассуждениях о прелестях деревенской жизни отчетливо видятся невесть откуда взявшиеся крепостные, которые будут их приветствовать протяжным криком «Ба-а-арин приехал!» и падать в ноги, предлагая продукты труда и право первой ночи. В реальности их ждут сортир-дырка, комары, навоз, жуткая нерентабельность ручного труда и пьяные злые пейзане, почитающие за доблесть что-нибудь спереть у «этих городским придурков». Практически, все эти эскаписты живут в своем добровольном изгнании тем, что ваяют статейки о прелестях дауншифтерства для гламурных изданий и на гонорары покупают у соседей картошку и молоко.

Я даже избегаю извечной мужской забавы «дрочить на оружейку» - читать про оружие, любоваться оружием, покупать никчемную пневматику для стрельбы по пивным банкам, но чтобы «выглядела как настоящая». (NB. Из-за этого, кстати, тем, кто носит таки настоящие оружие, уже недостаточно просто достать его из кобуры – никто не испугается. Приходится сразу стрелять.) И рассуждения о том, что если разрешить короткоствол, то везде наступит счастье меня не трогают – жизнь показывает, что нет простых рецептов всеобщего счастья. У меня, кстати, нет оружия – хотя есть охотничий билет. Потому что я считаю, что в сложившихся на сей момент условиях, огнестрел доставляет гораздо больше хлопот и неприятностей, чем приносит возможностей.

В общем, вы уже поняли, как я отношусь к это популярной теме. Но в последнее время мне отчего-то стало тревожно. Ловлю себя на странных мыслях и поступках – то полезу в чулан проверять, как там рюкзак, палатка и прочая снаряга, коей не пользовался уже лет много. То читаю с неожиданным интересом отечественную постапокалиптическую фантастику типа Андрея Круза, где сплошь мародерка, выживалка и любовно облизываемые ТТХ огнестрела. Читаю, несмотря на сомнительные художественные достоинства текста, невольно прикидывая «а вот я бы в этой ситуации…». То заглядываюсь на витрины оружейных магазинов, и даже пару раз чуть не зашел внутрь То вдруг приходит мысль, что недурно было бы собрать «тревожный чемоданчик» - ну, чисто на всякий случай. То, вот, УАЗ куплю, например. Тоже та еще тема…

В общем, какие-то дурные предчувствия у меня. Нет, никаких объективных признаков надвигающегося пиздеца я не вижу. Более того, я не могу логически предположить в ближайшее время никакой войны, революции или иного социального коллапса – нет к тому предпосылок. Просто что-то жопой чую. Вот знать бы еще что?

Может это просто жара, дым, давление, возрастная деменция? Паранойя с шизофренией радостно пихают под локоть? Или все-таки мудрое подсознание что-то хочет мне сказать, а я не понимаю?

Скажите, у вас нет дурных предчувствий?

На всех без исключения автомобильных мероприятиях, где демонстрируются какие-нибудь прикольные, новые или просто дорогие машинки, всегда находится масса личностей, желающих запечатлеть себя на фоне оных. Становятся в картинную позу, уверенно опираются на кузов, если есть такая возможность – взгромоздяться даже и за руль. Если присутствуют демодевочки  - приобнимут и их непременно, тоже эдак по-хозяйски, и лицо значительное скорчив. А их приятели отбегают и щелкают это мобилой. Потом, конечно, меняются и снова друг друга мобилографируют.

Эти личности сильно мешают работать фотографам, но не суть. Меня другое интересует – что они потом с этими фотками делают?

Выкладывают в каких-нибудь “одноклассниках“ с подписью: “Я на своей тачке отжигаю с телками”? Так ведь даже самый тупой приятель им не поверит. Видно же, что тачка чужая и телки тоже. Это всегда видно.

Зачем они это делают? В чем смысл? И ведь их очень, очень много – тех кто вот этак позирует. Иной раз не снимешь нормально машину, пока не разгонишь их нафиг. Значит, судя по массовости явления, какой-то смысл для них в этом есть? Какой?

“Ведомости” пишут, что Лужков запретил в Москве во время проведения мусульманских праздников продажу алкоголя в районах прилегающих к мечетям, но зато разрешил использование мощной звуковой аппаратуры на этих празднованиях. В ближайшее время москвичей ожидает три праздника: «Шатер Рамадана», Ураза-байрам и Курбан-байрам. Удивительно много внимания, вам не кажется?

Я понимаю, что меня сейчас обвинят в религиозной нетерпимости и вообще нетолерантности, но лично меня этот факт отчего-то напрягает. Я равно далек от любой религии, и с этой точки зрения мне, казалось бы, должно быть все равно - что крестный ход, что пляски дервишей, что камлания с бубном. Однако культурно-исторический контекст христиано-исламского противостояния имеет далеко не только (и не столько) религиозную природу. И современные примеры религиозной толерантности в Европе, заметно ведущие к ее исламизации, не располагают к положительным эмоциям. Лично мне не понравилось бы просыпаться под крики муэдзинов и видеть на улице хиджабы. Девушки в шортиках и топиках по такой жаре смотрятся эстетичнее.

Впрочем, я вообще считаю, что ни одна религия, ни одна религиозная организация, ни одно “объединение верующих” не должны получать ни самомалейших преференций от государства. Никаких скидок, налоговых льгот, законодательных послаблений “по религиозным мотивам” и, да – никаких культовых сооружений за государственный счет или на казенной земле. Если верующие хотят себе зиккурат какой насыпать – на своих шести сотках и за свой счет. Религия государством должна официально игнорироваться. Не надо никого специально преследовать – но и никаких поощрительных действий. Это дело сугубо между человеком и его богом, каким бы тот ни был, и государству тут делать нечего. Запрещен мусульманам алкоголь – пусть проходя мимо ларька отворачиваются. А закрывать ларьки ради них – нарушение прав живущих рядом.

А вот “Воронежские власти официально отказали мусульманам в строительстве мечети”. Большое им человеческое спасибо.

Духовные люди – особые люди
Их сервируют в отдельной посуде
У них другая длина волны
И даже хвост есть с другой стороны
(с) БГ

…а сегодня мы, мои дорогие воображаемые друзья, поговорим о Духовных Людях

Так сложилось, что в среди моих знакомых встречалось (и, отчасти, есть и сейчас) довольно много Духовных Людей. Их классификация сложна и утомительна, поэтому ограничимся буквально парой примет, по которым я отличаю их от всех прочих странных ебанько, в изобилии обитающих в нашей природе. Примета первая и главная – самопозиционирование. Духовные Люди (ДЛ) всегда явно объявляют себя таковыми. Благо, никаких особых доказательств этому нет и быть не может – самопровозглашения тут вполне достаточно. Они могут принадлежать к какому-либо умеренно массовому течению умственных извращенцев – веганам, домородящим, анастасиевцам, индейцам, славяно-язычникам или даже христианам какого-нибудь особенного толка, но могут быть и вполне оригинальными в своих заскоках. Это совершенно неважно, потому что мало ли по каким причинам человек начинает считать, что все вокруг пидарасы, а он дартаньян? Впрочем, само по себе это убеждение еще не делает вас Духовным Человеком (ДЧ).

Потому есть и вторая примета – непременное отвращение к социализации и созидательному труду. Духовные Люди выше таких мелочей. Их материальные потребности (в целом, обычно, достаточно скромные) обычно обеспечиваются чем-то вроде манны небесной – родителями, знакомыми, социально приемлемым подаянием и так далее, которую они снисходительно принимают как должное. В самом приятном варианте, ДЧ обеспечивают куском хлеба их поклонники и последователи, недостаточно пока просвещенные, чтобы не работать.

Читать полностью…

В связи с нынешней катастрофической засухой, вспомнился мне прошлогодний мой пост. О том, как поселяне нахрен разнесли систему полива полей, чтобы один раз продать железо на чермет и рыбу из пруда.

Пруда нет. Системы орошения нет. А тут бац – и засуха. Восстановить порушенное нереально совершенно – это ж не колхоз строил. Никакому колхозу такое не потянуть. Это государственная программа по борьбе с засухами, начатая еще в 1948 году: «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоемов для обеспечения высоких устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах Европейской части СССР» - постановление Совета Министров СССР и ЦК ВКП(б) от 20 октября 1948 года. Докучаевский проект – посадка лесополос и организация прудов. В ее рамках и соорудили большие пруды с автоматическими насосными станциями – везде, где засушливый климат мешал земледелию.  В Воронежской нашей области в том числе – в 60-е и 70-е годы. И посадками деревьев разгородили степь на квадраты полей. Такое, как вы понимаете, только СССР было под силу. Попробуй сейчас такой глобальный проект в РФ замутить – страшно представить, сколько денег украдут, и все равно ничего не построят. Разве что надувные макеты к приезду Путина. Сейчас ломать только хорошо умеют – что систему лесничеств, что, вот, докучаевские пруды. Посадки, правда, еще стоят – но и их постепенно начали на дрова вырубать, ничье ведь. Про уход за этими насаждениями – прочистку от сухостоя, подсадки новых деревьев и говорить смешно. Пяток, или десяток лет – и снова засвищут суховеи.

Казалось бы, можно сказать, что крестьяне, разорившие пруд и насосную станцию – непроходимые идиоты с заспиртованными мозгами, сами вырывшие себе нынешнюю яму… Однако не все так просто. Скорее всего, орошаемое земледелие стало им… невыгодно! Имевшие большие льготы по оплате электричества (получающие его зачастую почти даром) совхозы стали частными хозяйствами, и встали перед необходимостью оплачивать его полной мерой – и повышение тарифов на электричество, плюс снижение цен на сельхозпродукцию сделали орошаемые поля убыточными. (Это мое предположение, я точных цифр не имею). Опять же срок эксплуатации оборудования, установленного в 70-х годах, подходит к концу – а менять его денег нет. Ну и разломали, вестимо: чтобы “если не нам – так никому”. А тут засуха. И запахали все, что посадили – не выросло.

Эту засуху мы, безусловно, переживем – прошлый год был урожайный на диво, запасы зерна есть. Но кто знает, что будет в следующем году? Что меня во всем этом пугает, что запаса прочности, похоже, у страны не осталось вовсе.

А если смотреть шире – то какой-то таки глобальный подвох в самой идее передачи стратегических во всех смыслах глобальных систем в частные руки. Что лесонасаждений, что электростанций, что систем орошения и мелиорации. Леса выгорают, электростанции рушатся, пруды уничтожаются…Теперь, вот, федеральные трассы передают, и очень убедительно объясняют, что они станут от этого лучше. И знаете что? Мне отчего-то не верится.