Отличий много, но самое простое и очевидное: писатель ориентирован на аудиторию, будучи либо мотивирован материально (зарабатывает этим на жизнь), либо морально (считает, что таким образом делает мир лучше).
У меня отсутствуют оба этих мотива. Для меня писать – это как чесать, где чешется. Мне нечего сказать людям, у меня нет желания их чему-то научить, я не верю, что мир можно сделать лучше (уж точно не очередной книгой), я не пытаюсь этим заработать (хотя и не отказываюсь от денег). Поэтому я не ориентирован на аудиторию, в том смысле, что я буду писать даже если это не прочитает ни один человек. Да я так и писал годами, пока не откуда-то не появились странные люди, которые стали зачем-то читать мои тексты.
В классическом определении я обыкновенный графоман, то есть человек, который пишет, потому что ему хочется писать. Безобидное, в целом, душевное расстройство. Социально приемлемая аддикция, как лобзиком выпиливать.
Но, раз уж есть повод, то сообщу, что следующая книга таки будет. Так совпало, что я понял это именно сегодня. Избежал почти непреодолимого соблазна удалить ее снова. Понял, что пока я этот текст из себя не вытащу, то просто не смогу написать что-то другое. Вот, почти вытащил. Процентов на 90, наверное.
И это чистейшей воды дистиллированная графомания, то есть текст для автора, а не для читателя. Мне надо было его написать, и я написал.
(Feed generated with FetchRSS)
0 комментариев