«…даже будучи многократно объясненной, концепция денег плохо укладывалась в голове юных коммунаров. Такой способ распределения общественных благ в социуме казался им чудовищно нерациональным. Прожив тут три года, Артем начал понемногу их понимать.
— Так вот, — продолжал он свои объяснения, — Разнообразие однотипных автомобилей вызвано в первую очередь тем, что они были личные. Как штаны. Вот у тебя, — он кивнул черноволосому, — штаны синие. У тебя — указал на пацана в первом ряду, — желтые, а у тебя — помахал рукой белым косичкам, — вообще сарафанчик с ромашками. В моем мире личный автомобиль был таким же обычным предметом, как личные штаны и выбирался по принципу “нравится — не нравится”. Поэтому производители делали много разных машин, чтобы каждый мог выбрать что-то себе по вкусу.
— Но ведь разноцветные штаны все равно устроены одинаково — два штанины, карманы, ширинка… — в классе кто-то хихикнул, на него недовольно зашикали, — Автомобили можно было бы делать так же — разные снаружи, одинаковые по устройству. Тогда и выбрать можно, и обслуживать удобно!
— Ну, до определенной степени так и было — это называлось “общая платформа”… Но здесь вступал в действие другой фактор — автомобили производили разные заводы, и каждый хотел, чтобы тот, кто купил его автомобиль, обслуживал его только у него, поэтому не только делал их не такими, как другие, но и запрещал другим людям их чинить и обслуживать.
— Но это же глупо! — возмутились сразу несколько детских голосов.
— Запомните, — строго сказал Артем, — Если что-то кажется вам глупым, то, почти наверняка, вы просто не видите причины или не понимаете мотива. Поэтому давайте снова вернемся к понятиям денег и оплаты товара…
“Но иногда глупость — это просто глупость” — думал он при этом.»

(с) Люди без города.

Автор может не разделять или разделять мнение своих героев — по настроению…