Глава 4. Лица ваших масок

В холле гостиницы стильный интерьер, низкие, мягкие, неудобные диваны, за стойкой, кажется, девушка — но это не точно, потому что на ее лице гладкая белая маска с нарисованным на ней улыбающимся ртом. Выглядит странно и даже немножко жутковато. Впрочем, мало ли какие тут обычаи.

На диванах расположилась группа Слона. Я почти никого не знаю, но в лицах что-то общее. В позах, выражении глаз, некоторой напряженной готовности. Наверное, я был такой же два года назад. Наверное, я сейчас не такой.

— Народ, внимание, — сказал Слон, вставая.

О как, «народ». Значит, мы тут «по гражданке». Строем не ходим, по званиям не обращаемся.

— Кто не знаком — это Док, наш старый военмед, и его помощница, стажер с временным позывным Алька, — продолжил командир. — Он отсутствовал по семейным обстоятельствам, был в оперативном резерве. Вернулся.

— О, а можно мне тоже такую помощницу? — развязно спросил какой-то бородатый хрен. — А то ширинку расстегнуть некому…

Послышались тихие смешки. Алиана покраснела. Ну, ладно.

— Если кто-то еще хочет смешно пошутить на эту тему, — нейтрально ответил я, — то давайте, не стесняйтесь, подходите. Похохочем и спишем на небоевые потери, говна-то.

— Но-но, народ! — строго сказал Слон. — Дока задирать не советую. Наш военмед, хоть на вид и не страшный, полон сюрпризов. Он из первого состава, если кто не понял.

Бородатый хрен встал, приложил руку к груди, слегка поклонился и сказал:

— Прошу извинить, уважаемый Док. Это была неуместная шутка.

— Принято, — кивнул я.

Не стоит начинать с конфликта, но поставить себя надо.

— Дурацкие шутки над стажером отставить, — подтвердил Слон. — Она не имеет доли, но член команды. И если кто начнет сейчас хихикать про «член», имейте в виду — это тупо.

Все воздержались, а бородатый хрен подошел и протянул руку:

— Позывной «Бурят», — представился он. — Мехвод брони и оперативный водитель всего остального.

Я пожал руку, отметив, что черты лица у него действительно азиатские, но именно на бурята он не очень похож. Впрочем, позывные имеют свою логику. Или ее отсутствие.

Кроме Бурята поздороваться приковылял, скрипя протезом, наш одноногий техник Гай. Он тоже из первого состава, мало нас осталось. Кстати, о логике позывных. «Гай» — это не Гай Юлий Цезарь, а мужская форма от «Гаечки». Мышки-механика из мультика про бурундуков-спасателей. Сначала было «Гайк», но «к» редуцировалось. Глупо? Может быть. Зато коротко и по радиосвязи разборчиво.

— Как дела, Гай? — спросил я.

— Совсем не так, как раньше, Док, — ответил он тихо.

— Плохо?

— Вроде, нет. Просто по-другому. Имей это в виду.

— Принято, Гай, спасибо.

— Не за что. Рад тебя видеть живым и с крышей на месте. Слон говорил, что ты поехал кукухой. Ну, из-за жены. Мои соболезнования, кстати.

— Я в порядке, — соврал я. — Спасибо.

Мы похлопали друг друга по плечам и сели. Время Слона.

Командир начал прохаживаться между диванами. Манера у него такая — слоняться.

— Брифинг по задачам. Кто в курсе — терпите, кто не в курсе — вникайте. Общая задача остается прежней — изображаем почетный караул при делегации.

— А чего им конторские своих вояк не дали? — поинтересовался я.

— Потому что те сапоги, — пояснил Слон. — На военных местные реагируют нервно, у них армии, прикинь, вообще нет. Так что мы тут «по гражданке», типа наемные бодигарды, это нормально, даже понтово.

— А зачем делегации бодигарды? — удивился я. — На них могут напасть?

— Тут на кого хочешь могут напасть, — вздохнул Слон. — У местных все трындец странно устроено. Увидишь еще.

— И чего они тут добиваются? — поинтересовался я.

— А это, товарищи бодигарды, не наше телохранительское дело. Наше — стоять с каменной харей и изображать собой готовность к действию. Там, где изволит быть заказчик. Пока бог миловал, но не расслабляемся. Знаю, всем кажется, что это курорт, но поверьте, Контора умеет считать деньги. И если нам заплатили, причем заплатили хорошо, то не за красивые глаза Змеямбы и мой прекрасный хобот.

Наемники дежурно заржали, хотя шутки у Слона нифига не смешные. Не шутки — слонизмы. Неуклюжие и нелепые.

— Расписание все знают, — закончил Слон. — Дежурной смене готовиться к выезду. Все свободны, кроме Дока и стажерки, у них персональный инструктаж.

Когда все разошлись, и мы остались втроем, Слон махнул рукой существу в маске за стойкой.

— Откройте нам малую переговорную, пожалуйста.

Существо вышло из-за стойки и оказалось-таки девушкой с довольно приятной фигурой. Она сделала пригласительный жест и пошла впереди, демонстрируя ноги и то, что выше в облегающей юбке.

— Почему она в маске? — тихо спросил я у Слона.

— Тут все в масках ходят, вам тоже придется напялить. Светить голой харей чертовски маргинально. Как у нас голой жопой. Зато если у кого прыщи — всем насрать. Я же говорил, что тебе понравится.

Уселись в небольшом зальчике — кресла, столик. Удобно, не то, что в холле.

— Подать кофе? — спросила девушка.

Голос приятный, но эта безглазая белая доска с нарисованным ртом…

— Не нужно, спасибо, — отказался Слон.

Когда она вышла, он встал, проверил плотно ли закрыта дверь, поставил на стол и включил глушилку — редкий технологический девайс из того мира, откуда Змеямба. У них там есть всякие интересные штуки.

— Нас слушают? — поинтересовался я.

— Скорее всего. Здесь очень технологичненько, а значит, прайвеси в полной жопе. У нас примерно полчаса до тех пор, пока они сообразят, что им в сеть генерится фуфло, так что я коротенько. Первое по тебе, стажер Алька. Откровенно скажу, твое дело декоративное. Ходишь везде с Доком, носишь за ним саквояжик. Все равно с чем, хоть пустой. Косплеишь медсестру, точнее, ассистентку доктора-консультанта. Так тут принято. Иметь живого ассистента — статусно и престижно, без него не тот эффект.

— А неживого? — удивился я формулировке.

— А неживого — просто вопрос денег. Это как ездить с персональным водилой в костюме, который выскакивает и распахивает перед тобой дверь, кланяясь. Дверь с моторчиком удобнее, но никто не кланяется, вот в чем фигня. Для местных это важно, потому что всякой херни с моторчиками тут как говна, и стоит она дешево.

— Не очень понял, ну ладно, — пожал плечами я. — Давай дальше.

— Увидишь — поймешь. Ты у нас по легенде — светило нетрадиционной медицины.

— Хорошо, что не ориентации…

— Не перебивай! Звезда, специально привезенная за тридевять миров ради безмерного нашего уважения к местному главнюку. Поэтому живая симпатичная ассистентка тебе полагается по статусу.

Алька хмыкнула и покраснела.

— Наши хотят выцыганить у него кой-чего. Чего именно — не спрашивай. Это, во-первых, секретно, во-вторых, не твое дело. Взамен есть чего предложить, не подаяния просим, но он говнится и водит жалом. Так что ты у нас — дополнительный личный бонус, типа отката на сделку.

— А если я не смогу вылечить пацана? Я не всесилен.

— Значит, не повезло. Зря потратил время и утопил хорошую машину. Но я в тебя верю, поэтому попрошу наоборот — не вылечивать сразу. Поводи руками, повращай глазами, скажи «крибле-крабле-бумс», изобрази лицом «это почти невозможно, но ради вас…». Потяни время, набей цену, а то он решит, что это нам ничего не стоит.

— Не нравится мне это.

— Знаю. Но я тебя прошу. Так надо для дела.

— Принято.

— Тогда по основной задаче все. По снабжению, снаряжению и расходке — к Джаббе.

— Она еще в строю? — удивился я.

— Она нас всех переживет, вот увидишь.

В дверь постучали.

— О, отдуплились, быстро они сегодня, — хмыкнул Слон и убрал со стола глушилку.

— Могу я все-таки предложить вам кофе? — спросила все та же маска.

— Спасибо, мы уже закончили, — ответил Слон.

И добавил для нас:

— Личное время до восемнадцати часов по местному. Встречаемся в холле.

***

Джабба Хатт — персонаж старого сериала, не самый симпатичный тип. Наша квартирмейстерша тоже не красотка, но позывной у нее от фразеологизма «Душит Жаба». Очень уж она… Хозяйственная.

В гостинице занимает двухкомнатный номер, превратив первую комнату в каптерку, а вторую — в склад.

— Вернулся, рыцарь медицинского образа? — поприветствовала она меня довольно-таки нелюбезно. — А это кто? Надеюсь, внучка, а не любовница?

— Я тоже рад тебя видеть, Джабба. Это новый стажер, позывной Алька.

Толстая пожилая женщина затряслась тремя подбородками, то ли смеясь, что ли в припадке злобы. У нее никогда не поймешь.

— И что вам от меня надо? Вижу, с пустыми руками, значит, будете что-то выпрашивать. Что там Слон себе думает? У меня что, склад бесконечный?

— Вот пусть Слон и думает, — решительно пресек дискуссию я, — у него голова большая. А ты просто выдай, что положено.

— А оно, может, не для вас тут положено!

— Джабба, не зли меня. Я ведь Слону жаловаться не стану, сам приду к тебе с приветом. И прошлый раз покажется тебе за счастье.

— Подумаешь, какие мы нежные, — буркнула Джабба. — Вот, забирайте.

Она положила на стол два маленьких пакета.

— И что это? — я даже не подумал их брать.

— Мы тут по гражданке, так? Значит, получаете карточки с подъемными и по маске на ваши рыльца, век бы их не видать, чтобы дойти до магазина. Там и купишь себе, то, что твоей черной колдунской душеньке угодно. Хотя откуда у тебя душа? И сикилявке этой мелкой купишь, а то она у тебя как чмо болотное одета. Под каким кустом ты ее подобрал?

— Джабба, я предупреждаю один раз. И он уже был.

Тетка нервно двинула к нам пакеты, отдернув руки и даже убрав их за спину на всякий случай.

— Я обязана выдать комплекты. Я выдала. Любить тебя в мои служебные обязанности не входит. Проваливайте.

— А что было в прошлый раз? — спросила Алька в лифте.

— Джабба меня сильно разозлила.

— И что?

— И получила в награду месяц почесухи… Неважно где.

— Ого, — засмеялась Алька, — постараюсь вас не злить.

— Уж будь так любезна, — ответил я совершенно серьезно, и она притихла, задумавшись.

В качестве стилиста-консультанта мобилизовал Змеямбу. Она тут не первый день, должна знать, что прилично носить, чтобы не слишком выделяться. И заодно, курс местных денег.

— Вот сюда палец приложи, — сказала Зме, содрав защитный слой с карты.

Я приложил. Пластиковый прямоугольник дрогнул в руке, тихо пискнул, на гладкой белой поверхности проступили черные контрастные цифры.

— Ух ты! — искренне восхитилась никогда не видевшая цифровой техники Алька.

— Теперь она привязана к тебе, начальный счет активирован. Простенькая предоплаченная карта, нам всем такие выдали в первый день.

— Это много денег?

— Не особо. Но можно одеться, прикупить всяких мелочей, а на остаток питаться пару недель, ни в чем себе не отказывая. Не в ресторанах питаться, но и не с помойки. В общем, по местным меркам, примерно половина среднего месячного дохода работающего горожанина. Или полтора социальных пособия неработающего.

— Ты, я смотрю, вникаешь в реалии? — спросил я.

— По привычке. Однажды довелось поработать в правительстве. Недолго, но психотравма на всю жизнь, — улыбнулась она. — Ну что, на шоппинг?

— Обожаю магазины! — сказала Алька.

— Ненавижу магазины! — сказал я.

***

Первое впечатление от города странное. Что люди непривычно одеты — это ладно. Что они в масках — этого я ожидал. Неожиданностью стало то, что многие масками не ограничиваются. Часть идущих по улице горожан производят впечатление участников косплей-шоу из-за надетых на них элементов доспехов — наручных щитков, латных перчаток, поножей и кирас. Они кажутся сделанными из пластмассы, некоторые покрашены в веселенькие цвета, что усугубляет сюрреалистичность зрелища. Целого доспеха ни на ком, что характерно, нет. Идет, к примеру, девушка в платье — юбочка до колена, короткая курточка из чего-то блестяще-шуршащего, маска в виде стилизованного противогаза с накрашенными глазами за стеклом, одна нога (вполне приятных очертаний) голая, в босоножке, а вторая — в лаково-черном глянцевом доспехе с выраженным коленным шарниром.

— Не пялься, неприлично, — одернула меня Змеямба.

Я честно стараюсь, выходит не очень. Альке она даже говорить ничего не стала, понятно, что бесполезно. Хорошо, что наши выпученные глаза и отвисшие челюсти прикрывают маски — довольно простенькие, похожие на вратарские в хоккее. На фоне самовыражающихся во всю силу фантазии местных мы выглядим как монахини на гей-параде.

— Зме, какого черта они так? Неудобно же, наверное.

— Забей, Док. Это просто подражание.

— Кому, блин? Рыцарю, пропившему коня и полдоспеха?

— Да нет, они изображают кибер-протезы. Это бедный район, на импланты денег нет, поэтому имитируют.

— Какой бред!

— Обычный. К счастью, это не обязательно, так что мы на себя напяливать не будем.

Стеклянные двери распахнулись, и я сразу засомневался, туда ли мы пришли. Для магазина одежды тут ее маловато. Точнее, нет вообще. Нет рядов вешалок, полок с коробками, примерочных кабин и прочего. Небольшое помещение, пара каких-то юных вертихвосток, пялящихся в настенный экран, продавец, слегка похожий пластиковым белым забралом на солдата Галактической Империи.

— Нам точно сюда? — спросил я Змеямбу.

— Даже не сомневайся. Пойдем.

Оказалось, что примерочные кабинки тут все же есть, просто не похожи на наши. Крошечная выгородка без двери или хотя бы занавески, а на стене экран в рост человека. Когда я подошел, он включился и изобразил меня. Сначала — просто картинка с камеры, потом из нее на глазах соткалось что-то вроде три-дэ модели.

— Повернись пару раз, — посоветовала Змейса, — чтобы полный объем снять.

Я вздохнул и потоптался перед экраном, чувствуя себя предельно глупо. Мое изображение повернулось туда-сюда и принялось медленно вращаться вокруг вертикальной оси, демонстрируя с безжалостной отчетливостью, что куртка и штаны у меня сзади такие же грязные и потертые, как и спереди. Маска на экране замерцала красной обводкой.

— Сними, — сказала Змеямба, но я уже и сам догадался.

Снял. Прорисовалось мое собственное лицо, ничуть, к сожалению, не приукрашенное программой. Да, я не молод и не красив, и что? Мне и не надо. Я не юноша в поисках любви, мне не надо победить в эстафете передачи генов следующему поколению. Всем насрать, как я выгляжу, мне тоже.

— Вот пульт, — Змейса сунула мне в руку пластиковую хреновину с несколькими кнопками. — Вот так меняешь разделы, вот так — листаешь предложку. Сначала идут самые популярные варианты, так что не пугайся. Мотай, пока не найдешь что-то приемлемое. Начни с масок, это проще всего. Ценники в кружочках слева. Вот тут, вверху, будет общая сумма. Развлекайся, а я пойду ассистентку твою наряжать. Вспомню детство, поиграю в куклы!

Я ткнул в верхнюю кнопку, раскрывая раздел масок. Боже, какую только хрень тут не напяливают на лица! Больше всего вариаций на тему противогазов, респираторов и других устройств защиты дыхания. У меня сразу возникло подозрение, что мода на маски пошла от проблем с экологией, хотя сейчас воздух в городе вроде бы нормальный. Но так бывает — необходимость ушла, а привычка таскать что-нибудь на лице осталась. Во всяком случае, вариантов, открывающих верхнюю часть лица, хватает, а вот органы дыхания, так сказать, закрыты всегда. Вторые по популярности после противогазных мотивов — имитации чего-то вроде пилотских шлемов с темными забралами и даже шлангами подачи дыхательной смеси. Я, правда, не понял, куда они должны втыкаться. Третий модный тренд — зубастые демонические хари, закрывающие либо все лицо, либо его нижнюю половину, изображая адскую пасть вместо рта. Ничто из этого не хотелось таскать на своей физиономии, но, видимо, придется. Выбрал какую-то черную медицинскую маску с рудиментарными дыхательными клапанами, закрывающую рот и нос, и темные очки. Очки довольно стильные, мне даже понравились — всем, кроме ценника. Дороговаты.

Куртка, штаны и башмаки дались проще — в предложении полно нейтральных вариантов в темно-серой гамме и казуальном стиле, как я люблю. Мой аватар на экране теперь выглядит так, что второй раз не взглянешь и при этом, как мне кажется, не выделится в уличном потоке. Серое ничто в куртке с капюшоном. То, что доктор (то есть я) сам себе прописал.

Когда перешел в раздел белья, одежда на экране пропала и теперь там вращается голый мужик.

— Неплохо выглядите, — сказала подошедшая Алька, рассматривая изображение.

— Программа мне льстит, — буркнул я, выбрав первые попавшиеся трусы.

Попались довольно похабные, обтягивающие, розовые, в цветочек, от чего моя ассистентка откровенно фыркнула.

— Ты уже нарядилась? — спросил я раздраженно. — Как-то быстро для девицы твоих лет.

— Не совсем… — она замялась.

— В чем дело?

— А вы не могли бы… Ну… Добавить мне чуть-чуть денег, из своих? Я смотрю, у вас итог совсем маленький, а я уже не уложилась, хотя не все выбрала… Я отдам! Потом. Там такое белье! Я такого никогда не видела! Хотите посмотреть?

Хитрая какая. Наверняка красивое белье на юной девушке выглядит так, что я должен закапать пол слюной и согласиться на все.

— Полностью доверяю твоему выбору, — отказался я. — Можешь рассчитывать на небольшую финансовую добавку, но, чур, не наглеть. Процентов десять от суммы.

— Двадцать пять?

— Пятнадцать.

— Двадцать?

— Восемнадцать и не забудь, что кроме белья понадобится что-то еще.

— Спасибо, товарищ военмед!

Убежала в свою кабинку. Надеюсь, Змеямба не даст ей наделать совсем уж дурацких покупок. Так-то пусть развлечется — в ее мире нет эластичных тканей, а значит, и женское белье там вряд ли верх эстетики. Я, впрочем, не проверял.

Ладно, вернусь к выбору. Есть тут обычные удобные трусы?

Есть. И трусы, и носки, и простые футболки. Правда, не в начале каталога, пришлось полистать. Зато и недорого. На счете осталось процентов тридцать от начальной суммы, так что, если Алька все же не уложится…

Не уложилась. Смотрит глазками какающего котика.

— Док, имей совесть, — вступилась Змеямба. — Молодой девушке нужно больше, чем тебе. Она же свалила в чем была, даже трусов запасных нет. Опять же предметы гигиены, всякое такое…

— Змейса, блин, ты разбалуешь мне ассистентку.

— Ничего, забалуешь обратно. А сейчас давай считать, что ты уже доказал свою суровость и приверженность порядку. Пожалуйста.

— Ладно, черт с вами. Но, Алька, не рассчитывай, что так будет всегда. Это разовая гуманитарная акция.

— Конечно, товарищ военмед! Я все поняла!

— Кстати, — быстро, пока я не передумал, перевела разговор Змеямба, — советую купить электробритву. Здешние — просто технический шедевр, я в восторге.

— Блин, Зме, только без подробностей. Не хочу знать, зачем тебе бритва. Предпочитаю считать, что ты изначально совершенна.

— Да ради бога, — засмеялась она, — но бритву таки купи. Потому что ты не настолько изначально совершенен, и щетина твоя колется.

Процесс покупки оказался удивительно простым — продавец попросил нас подтвердить выбор на встроенном в прилавок терминале, приложить карты, которые, пискнув, лишились содержимого. Затем в стене открылась ниша, где купленное лежит, упакованное в вакуумную пленку. Примерять не надо — Змейса предупредила, что все, слава цифровому сканированию, уже подогнано по фигуре. Точнее, изготовлено сразу по ней. Ее то ли печатают, то ли еще как-то делают автоматические производства и пуляют прямо в магазин по подземным трубам пневмодоставкой.

— Удобно, — признал я.

— Это одежда для бедных, — пояснила Змейса. — Не совсем нищих, тем даже такая не по карману, а нижний средний класс, пожалуй. Неплохая по качеству, но совсем не престижная. Те, кто может себе позволить, одевается в натуральные ткани, а не в этот масс-маркет. Так что готовься, к вечернему визиту тебя придется приодеть.

— О черт.

— А ты думал. Никто не обещал, что будет легко!

***

— Какой-то уныловатый город, — пожаловался я Змеямбе, когда мы, нагруженные пакетами (в основном Алькиными), побрели обратно.

Шоппинг меня всегда выматывает и портит настроение, но, надо признать, здешний наименее травматичен.

— Посмотришь на него вечером и изменишь мнение, — заверила она. — Вся жизнь тут начинается, когда стемнеет. И райончик не лучший, конечно. Контора нашла дешевую гостиницу. В центре куда пафосней.

— А мне нравится, — неожиданно сказала Алька. — Необычно. Жаль только, что зелени совсем нет.

— Как по мне, слишком индустриально… — начал я и осекся. — А это что за хрень?

То ли с крыши, то ли с одного из балконов на дорожку перед нами спрыгнуло… Нечто. Черная с серым фигура, как будто отлитая из сегментированного гладкого пластика. Защитные щитки на животе, плечах и коленях, закрытый шлем с круглыми, слишком широко расставленными окулярами, в которых рдеют красные кружки подсветки. Меня больше всего удивило, что вся эта сбруя имеет выраженные гендерные признаки — два черных полушария спереди. Поди ж ты, самочка.

Фигура, спрыгнув, погасила вертикальную скорость, спружинив ногами, присев на одно колено и картинно оставив в сторону длинный темный меч. Или саблю. Или катану. Я не знаток клинкового оружия. Полсекундная пауза — возможно, чтобы мы успели перед смертью оценить изящество позы, а потом эта штука кинулась на меня. То ли я ей чем-то особенно сильно не глянулся, то ли оно феминистка и не любит мужиков, то ли я просто шел первым, и этого хватило.

Удар сабли должен был бы снести мне голову, но я кинул в атакующую все, что нес в руках, — пакеты со шмотьем — и отпрыгнул. Кончик клинка свистнул в неприятной близости.

— Банг! Банг! Банг! — Змеямба влепила ей три патрона.

Не увидел куда, но она вряд ли промахнется на такой дистанции.

— Банг, банг, банг, банг, банг! — уже вдогон.

Стремительный рывок, прыжок, балкон, второй балкон, крыша — и все, пишите письма. Секунд пять заняла наша бурная встреча.

— Что это было, Зме? — выдохнул я.

— Без малейшего понятия, Док, — ответила Змеямба, меняя обойму.

— То есть это не просто славная местная традиция? Отрубать случайным прохожим бошки на улицах?

— Я о таком не слышала, — вздохнула снайперша. — И, кстати, оно нацелилось конкретно на тебя.

— Пожалуй, попрошу у Слона пистолет.

— Ну вот, — расстроенно сказала Алька, — а я даже не примерила…

Она держит в руках две белоснежные кружевные полусферы. Видимо, были частями лифчика, но сейчас пребывают отдельно друг от друга, разделенные удачно прошедшим лезвием меча.

— Выпроси у Джаббы ниток и сшей, — пожала плечами Змеямба.

— Или сделай две шапочки, — выдвинул встречное предложение я.

Кажется, мы ее не очень утешили.

Я в этом мире всего пару часов, и меня уже хотят убить. Многообещающее начало.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: